Часть I

Часть II

Часть III 

Часть IV 

Часть V

Часть VI

...Он сам и остановил этот бред, этот маразм самоуничижения, это психическое расстройство, недостойное истинного Революционера, он сам и остановил - Федор Михалыч Достоевский. Подлец и сволочь большая.
Он апелляцию подал, требуя расстрела. Ему и рады. А он то – ТРУП!, чего никто во внимание не берет.
Расстреляли и похоронили. Трупов в тюрьмах не держат. Свобода!
 
Он же подлец и сволочь большая. Редкая сволочь.
Во-первых, он маму мою в себя перевоплотил по причине желания смены пола. (Значит, гомосексуализм какой-то или что-то равно преследуемое здесь было).
Во-вторых, он за деньгами ко мне пришел. 117 рублей ему надо было.
Так, ни с того, я бы ему, ясно, не дал. А горем пренебречь не могу. Чувствительный я. Это он вызнал.
А про апелляцию и расстрел он заранее знал и просчитал все. Поэтому никакого благородства в нем не было, но хитрость гениальная. Все передачи, что я ему в тюрьму прислал, он продал, причем денег на том поимел 123 рубля, т.е. на 6 рублей больше, что говорит еще о каком-то обмане, потому что цены на продукты у нас стойкие. Много лет.
А деньги ему нужны были - в карты играть, потому как страсть непреодолима.
А играет он с такими же мертвецами, аферист, темнит, хитрит и все равно наверняка проигрывает, в чем фатальность и рок
очевидные. Но бессмысленно осознание их, потому как страсть непреодолима.
За деньгами пришел. Подлец он и сволочь большая. И водка у меня из дома пропала. Значит, не так ТАМ все бесплотно. Это меня успокаивает. И от комплексов он меня враз избавил своей подлостью явственной. Все хорошо теперь.
“Только, думаю я, стоит ли спасать Русскую Литературу?.." - так рассуждал Сутуленький Инженерик.
Беременная Настя молчала. Он дал ей в зубы флаг и воздушный шарик.
 
ПРАВИТЕЛЬСТВО УМИЛЯЛОСЬ.
 
Инженерик был благонадежен под прикрытием ее огромного живота. Она полнела, заполняя балкон, закрывая оконные стекла. Спецслужбы Мао уже не могли следить за Инженериком.
Мао Дзедун приказал оставить Настю на балконе как Символ Стабильности.
Прошло 9 месяцев.
Настя ушла с балкона, легла на кухонный стол (прямо на липкие леденцы), открыла рот и родила Рыбу.
Изо рта.
 
В это время в немецкой клинике двое китайцев и Зигмунд Форд три раза произнесли слово "Рыба" по-русски и пустились в пляс.
 
Малек вопил: "Брынзу!
Волосы!
Русскую Литературу!"
 
Сожрал брынзу с осознанным аппетитом, жутковатым для такого юного возраста. Странно стало Инженерику, тревожно и дышать нечем. И везде запах смерти был. И липкие леденцы. И упал он в обморок и почувствовал себя матерью своей - Последней Старухой Процентщицей Русской Литературы. И было видение ему.
Привиделась ему Анна Каренина, под поезд бросающаяся.
А Машинист обрадовался, что человека подавил, и захохотал смехом яростным, а внутри его скребло и мозг раздирало узорчиками, и изгибалась душонка скользко и склизко, смерти почуяв внутренности и власть над ней великую, как у Мао бессилие сладкое, как у гусеницы лакейской.
 
В ЭТОМ БЫЛ БОЛЬШОЙ СЕКС И БОЛЬШАЯ ПОЛИТИКА.
 
И СКАЗАЛ МАШИНИСТ ТРИ РАЗА СЛОВО "РЫБА", А ЗАТЕМ ДОСТАЛ РЕВОЛЬВЕР И ВЫСТРЕЛИЛ СЕБЕ В ГОЛОВУ.
"ЭХ, УСПЕТЬ БЫ НАЖАТЬ НА ГУДОК ПАРОВОЗА, ДА ЗВУКОМ ЕГО НАД СМЕРТИ МОЛЧАНИЕМ НАДРУГАТЬСЯ", - ТАК СКАЗАЛ МАШИНИСТ И УМЕР, КРАСИВЫЙ, МОЛОДОЙ С КРАСНОЮ ДЫРОЮ В ГОЛОВЕ.
 
А Помощник Машиниста открыл чемоданчик, достал орден и проткнул мертвецу левый сосок. А к ноге табличку прицепил с надписью: "НАЦ. ГЕРОЙ". И ухмыльнулся цинично: "Подох ты, подох, романтик, от расстройства чувств неожиданного. Съел бы я тебя как изменника за то, что про Рыб бормотал. Но сыт я и справедлив, а по справедливости учту, что бабу ты задавил без всякой там глубины душевной, но с хитрецой извращенной патологий всяческих. И тем над Русской Литературой надругался и Китайское Иго упрочил. И потому исполню я просьбу твою последнюю и на гудок нажму".
 
Не знал Помощник Машиниста о будущем Русской Литературы, где всякая патология скрытая и зло потаенное так словесно воплотятся, до таких глубин суть свою обнаружат, что невозможно уже будет никакое надругательство и цинизм невозможен, потому что описано будет все гениально и до мелочей, ясно все будет с человеком и со всеми его внутренностями.
И плевать, да язык показывать, да "Бе!" вопить, да смехом похотливым подергиваться ни к чему будет, не над чем.
 
Не знал Помощник Машиниста о таком будущем Русской Литературы, не предвидел по скудности ума своего.
 
Вокруг трупа Анны Карениной злые дети хоровод водили. Раздели ее, сфотографировали, а фото в "Плейбой" выслали.
Гонорар получили в 1000 долларов.
Передрались все, денег не поделив, перецарапали друг друга, перекусали и скончались один за другим.
Только одна девочка сидела за деревом и ничего не хотела. Ее мать как увидела это, схватила розги и запорола девочку насмерть. За индивидуализм и за то, что деньги не своровала, когда возможность была. Мальчик, что последний их держал, перед смертью, слабея, выронил, но потом сил набрался, в рот затолкнул и сжевал их от жадности великой. И застыл улыбкой безумия сытого. А девочка успела бы деньги с земли подобрать, но не сделала этого.
Оттого и убила ее мать.
 
А потом все отцы и матери собрались и большой праздник устроили над детьми своими мертвыми. И ногами их били, и глаза выкалывали. Грянул гром - и небо разверзлось. А на небе надпись: "АНАЛИЗ МОЧИ". А в пруду отражается: "ТЫ ПРЕЖДЕ ВСЕГО МАТЬ".
Народ кричит: "Провокация! Нет идеалов! Нет! И все символы Русской Литературы осмеяны!"
 
"Нет идеалов! Конец!" - так сказал Помощник Машиниста.
И не заметил, как сквозь дыру красную в голове Машиниста вползает будущая Русская Литература, неистребимая не по причине духовности мифической или чего-то подобного, а по свойству пустоты собой заполнять.
Лезет она в любую щель, в любую дыру, что не углядели или не продумали, и шевелится, и рушит системность всякую в силу свободной своей подвижности.
 
Этого всего не знал Помощник Машиниста.
И не знал, что слово "Рыба", трижды произнесенное, - это СИМВОЛ и СИМВОЛ МНОГОГО. А ВОЗМОЖНО, И СИМВОЛ ВСЕГО.
 
Не знал он и нажал на гудок паровозный, как Машинист перед смертью пожелал.
Не успел подумать про Рыб, как был убит ирландскими террористами.
И гудок прозвучал. И был это сигнал Революции.
 
Очнулся Инженерик, открыл глаза и увидел, что Время Пришло. И не думал, как и какою ценою, но знал, что Миссия Осуществится.
 
"Волосы!" - орал Малек сквозь марши и паровозные гудки немого кино.
ПОТОМУ ЧТО ВСЕ В КИНЕМАТОГРАФЕ И В ДРУГИХ ИСКУССТВАХ ОГЛОХЛО И ОНЕМЕЛО, КОГДА НАГЛАЯ КАК ПРОСТИТУТКА СМЕРТИ, ВОЗРОЖДАЛАСЬ РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА.
 
А в немецкой клинике доктор Зигмунд Форд (он же русский разведчик Федор) глотнул краденого спирта, выкурил папиросу, другую, достал автомат из пижамы и расстрелял китайцев в упор.
Давно он знал, что игра в Гитлера и Еву Браун не болезнь, а маневр хитрый, для отвода глаз придуманный, и что один китаец - Мао Дзедун, а другой - отец Инженерика.
По документам, оба умерли уже, а по правде - живы и правят Москвою тайно, всевластием тешась. А китайцы как вид вымерли. И нет их в Москве. И диктатуры нет. Только метафизика.
 
У отца Инженерика в левом соске кнопка - пульт управления. Через него он сыном своим руководит, ЗНАЯ ЧУВСТВИТЕЛЬНОСТЬ ЕГО ДОВЕРЧИВУЮ, ДУШУ МАСШТАБА НЕИЗМЕРИМОГО И КУДА ПРОВОДКИ ПОДКЛЮЧАТЬ.
И там, где у сына в душе щель, там вместо любви неутоленной к исчезнувшему отцу ему безумие вставлено и галлюцинации тоталитаризма. Такая жестокая хитрость.
Кажется Инженерику, что бунтует мысль его, свободы жаждет. И думает, что ОДИН ОН видит власти гнет и несправедливость, пытки инквизиторские и Рыб Убиенных. ПОТОМУ ЧТО НАРОД, ЕСЛИ БЫ ВИДЕЛ ВСЕ И ПОНИМАЛ, СОДРОГНУЛСЯ БЫ ВОЗМУЩЕНИЕМ И СВЕРШИЛАСЬ БЫ РЕВОЛЮЦИЯ.
ЗНАЧИТ, СЛЕП НАРОД.
И ВЫРЕЗАЛ ИНЖЕНЕРИК ТОГДА ГЛАЗА СВОИ, засушил, в порошок растер и бросил порошок этот в городское водоснабжение. Выпили люди воду и узрели мир сквозь глаза Инженерика, сквозь его видение, сквозь его галлюцинацию. И видели они Вселенский Китай, власти его неизбежность и рабство свое. И над Русской Литературой надругательство и скелеты Рыб Убиенных.
ТАК И ЗАДУМАЛ ЕГО ОТЕЦ. ТАК И ЗАДУМАЛ МАО.
 
Добрый был русский разведчик Федор и чувствительный, многих врагов отпустил он из жалости, вопреки приказу и гражданскому долгу, но здесь терпеть не мог, убил Мао и отца Инженерика прямо в левый сосок, хруст и треск заглушили вопль предсмертный, разлетелся вдребезги пульт управления.
 
Что-то ощутил Инженерик, отчего пробрала его дрожь и охватило ощущение чуда, смерти равного. А над ним призрак отца плясал в колпаке клоунском, в шапке палача, в пижаме из больницы психиатрической со значком Гагарина, а сверху фрак и Крест Георгиевский, и наклейка с Микки Маусом.
А из пульта разбитого сигналы рвутся и энергия обратного свойства и воздействия противоположного. И когда сквозь время они пройдут, тогда проводки рассоединятся.
- Волос! Волос! - вопил Малек. Инженерик бросился к шифоньеру, вытаскивая волосы матери убиенной из шелкового чулка.
Малек жрал как должное. Он глотал волосы и рос. Размеры квартиры не позволяли...
Инженерик забросил ему в глотку 50 томов Русской Литературы.
 
ЖЕНА СКАЗАЛА: "РЕВОЛЮЦИЯ ГРЯДЕТ" И ТРИ РАЗА СЛОВО "РЫБА".
 
ПОТОМ ОНА ПЛЯСАЛА ШАМАНСКИЙ ТАНЕЦ, И КАЖДУЮ СЕКУНДУ ИЗО РТА У НЕЕ ВЫПРЫГИВАЛА РЫБА. А ИРЛАНДСКИЕ ТЕРРОРИСТЫ НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛИ. ИГРАЛ ВАГНЕР.